b000002438

что писала в листках. Можно сказать, прода­ лась за пианино. Я знаю, Наташа, что ты здесь со мной не согласишься. Тебе — я не пойму почему — нравится Горгаз. Ты об этом мне не писа­ ла, но я чувствую, что нравится. Иначе за­ чем бы тебе защищать его и нападать на его жену. Ты должна со мною согласиться — ей нужно уходить от Горгаза. Ведь она лю­ бит не его, а пианино. Были б у меня деньги, я б купил ей другое пианино и сказал: катись к черту подальше от этих голубых кальсон. Он продолжает ходить на кухню в каль­ сонах. Я не описывал тебе, как праздновал Пер­ вое мая. Как-то не влазят все события в письма. Приходится потом дописывать. Я тебе каждый раз собираюсь написать об очень многом. Но все не влазит, я всегда ду­ маю: «в следующем напишу», а в следующем новые события, они одни не влазят, не то, чтобы еще вспоминать старые. Мне кажется, что если б человек захотел описать один свой даже самый скучный день —все, что он сделал, и все, что подумал—он бы писал, во-первых, всю жизнь, а во-вторых, не меньше, чем 100 томов. 158