b000002438

плавно понесло по воздуху. Я летел, как птица: вверх и вперед. Люди так летают только во сне и с трамплинов. Я даже руки расставил, потому что мне казалось, что это крылья. Я теперь понимаю, почему на фо­ тографиях в «Огоньке» лыжники летят с трамплинов, расставив руки: им кажется, что они орлы. Когда так летишь — не думаешь, а все равно счастливый. Вот бы всю жизнь так лететь, чтоб свистел ветер и никто не мог догадаться, где упадешь. Да и упадешь ли? Кажется, будешь лететь вечно. И лучше б я на самом деле летел вечно. Тогда бы не врезался затылком в снег. Видишь ли, посреди полета оказалось, что мои ноги летят быстрее головы, обгоняют ее. Я ничего не мог поделать. Чувствую, что переворачиваюсь на спину и лечу уже ле­ жа, а повлиять на полет не могу. Потом приземлился. Как меня крутило — не запомнил. Вспо­ минаю только, что катился кубарем и чи­ хал на ходу, потому что ноздри забивало сне­ гом. Вычихнешь его, а тут же снова забьет. Я почти не ушибся. Одна лыжа соско­ чила с ноги и уехала так далеко, что я ей 125