b000002437

что, используя рельеф местности, некто очень умело выбирает ме­ ста для крика. Казалось, не воспринимаемые человеческим ухом вибрации идут не только в воздухе, но и по земле и воде. Укрыть­ ся от них невозможно. Нервная дрожь невольно охватывает тело и парализует волю. У некоторых трассовиков возникают сердеч­ ные приступы, головокружения и рвота. После коротких душе­ раздирающих воплей тайга надолго замолкала. Собаки, жалобно скуля, жались к ногам проходчиков. На могущество этого крику­ на указывало и то, что он не обращал внимания ни на ружейную стрельбу, ни на хлопки и свет запускаемых ракет. На ум приходи­ ли легенды языческих времён о духах тайги и тундры, охраняю­ щих свои владения. Не выспавшиеся за тревожную ночь с ружья­ ми и карабинами в обнимку рекогносцировщики и вальщики леса на трассах отказывались работать. Многие набожные и трусливые предпочитали покинуть эти места. На третьи - четвёртые сутки ночной кошмар обычно заканчивался, чтобы появиться на другой дистанции или трассе, иногда за сотню - две километров. Ночные вопли, воздыхания и стоны возвращались в ещё более ужасаю­ щем звучании. Создавалось впечатление, что, возможно, не еди­ ное существо, возродившееся из неведомого болотного таёжного небытия, изгоняет пришельцев из своих владений. Никто из трассовиков и не знал бы о происхождении дья­ вольского наваждения, кабы не информированные на все случаи жизни местные жители. Они-то и подсказали: это наш «Орун Меченый» тоскует по прежней тихой свободной жизни и охра­ няет таёжные владения. Сих слов появилось скудное описание дикого реликтового человека. Оказалось, Одноглазый, скрытно перемещаясь на огромной территории, якобы в зимнее время по льду пересекает в Сибири и реку Обь. Трудно поверить в такие длинные переходы для одной особи. Возможно, это и не один гу­ маноид. Увидеть его можно только при переходе через открытые пространства. В светлые полярные ночи, зарываясь в снег, нахо­ дит надёжное убежище. Любит наблюдать за людьми и техникой издали, не обнаруживая себя. Его панически боятся собаки: даже не отваживаются лаять. Олени принимают за обычного человека. Не случайно Меченого часто видят у затерянных, так называемых языческих стойбищ. Около них он находит пропитание в холода.