b000002437

штабной пункт дислоцированного здесь подразделения. Несмотря на моё представление в качестве начальника экспедиции, полков­ ник с красными от бессонницы глазами, тихим вкрадчивым голо­ сом стал объяснять Сёме причину столь скоропостижного вызова. Передал личный приказ Н. С. Хрущёва генералу Норину - разо­ браться, принять нужные меры и лично доложить о случившемся. Расследование трагического инцидента спустить на республикан­ скую следственную группу. Сёма передал мне приказ и, обратив­ шись к полковнику, произнёс: «Организуйте ужин на четверых. Чайку покрепче. Как зовут-то тебя? - не расслышал». - Полковник Шпагин. - Да не рой ты без толку. Как имя? - устало спросил Сёма. - Александр. - Ну вот так-то лучше, Саша. Как накормишь, поговорим и спать. За ужином мы узнали, что спецвагон отцепили два дня назад от поезда и отбуксировали на спецплощадку. В вагоне четыре ох­ ранника, майор КГБ и один гражданский мертвы. Приказом из Москвы запрещено входить в вагон и находиться рядом с ним. - Всё понятно, давайте спать, - сказал Сёма, откладывая спальную полку. - Саша, завтрак к восьми. Бронированный вагон времён царя Николая II с мощной бро­ недверью, запертой изнутри, стоял перед нами. Убедившись че­ рез открытые бойницы, что за дверью никого нет, её подорвали. Покорёженную дверь открыли автофургоном. Оставив меня, Олю и полковника у вагона, Сёма шагнул в проём. Долгие десять ми­ нут мы стояли, ожидая его. - Полковник Шпагин, слушай приказ, - произнёс Сёма, вы­ глянув из вагона. - Срочно раздобудь конские сани, печку-бур­ жуйку с трубами и заслонкой, дрова и моток проволоки. Подго­ товь четверых бойцов покрепче. Знаком руки пригласил меня в вагон. Тамбур разделял вагон на две части зарешеченными дверями. В одной половине вагона в разных позах лежали мёртвые люди с открытыми глазами. На их лицах замерло удивление. На столе стоял нетронутый ужин. В другом отсеке вагона на деревянном щите стоял обитый сна­ ружи жестью тесовый ящик с крышкой. Открыв крючки, сня-