b000002437

Я задал Эдыку коварный вопрос относительно икон. Верит ли он в Христа Спасителя, в Пресвятую Богородицу? Скакой целью он читает священные книги? Как вообще он относится к вероиспо­ веданию? Ответ был предельно лаконичен: - Я верю в разум. Читаю - глубже познаю разум. Любая рели­ гия это оболочка. Бог и Святой Дух едины. Я подарил старику свой бинокль на добрую память. Попросил передавать интересующие меня новости. Мы, простившись с Эды- ком, через четыре дня благополучно вернулись на базу. Сразу отправили шифровку с докладом Иванычу. Через три дня утром пришёл ответ: «Ждите гостя». В первой половине дня прилетел новенький одномоторный са­ молёт с номером 20-1. Лётчик остался в кабине. По откидной лест­ нице из кабины спустился средних лет мужчина в шубе и унтах. Я и Эл стояли рядом с самолётом. Из-под нахлобученной папахи блеснули серые холодные глаза. Он окинул нас жёстким, цепким взглядом. На мертвецки бледном худом лице не читалось никаких эмоций. Квадратная челюсть с трудом выдала редкие слова: - Лейтенант... Семёнов... Ко мне. Подумав, что с его лица можно писать портрет инквизитора средневековья, невольно ощутил, что он прочитал мои мысли. Шагнул к нему навстречу для доклада. - Рассказывайте, - остановил он меня в двух метрах от своей персоны. До меня донёсся резкий запах одеколона. Я подробно доло­ жил о нашем знакомом - Эдыке и о спящем существе женского пола в пещере. Буравя меня глазами, произнёс: - Возьмите винтовку и вещмешок со всем необходимым. Я доложил, что у меня села батарейка в фонарике. Не обра­ щая внимания на мои слова, он жестом руки предложил поднять­ ся в самолёт. Там было только два пассажирских места. Задний отсек отделён за спиной брезентом. Я сел за пилотом, он - правее и наклонил сзади кресла лётчика щиток. Получился столик на двоих. Вынув из планшетки карту, показал карандашом: здесь? Я утвердительно кивнул.