b000002436

шистой рысью движется всадник. Воевода, размышляя, смотрит на его седло. Великокняжескому старшему сот­ нику без подсказки понятно, кто есть этот верховой. И он не ошибается. Гонец поворачивает по целине в сосняк к Клязьме. На великокняжеском подворье Даниила Зацепу ожидает другой московский гонец с указом. Глядит на его седло воевода и улыбается. Не ошибся. В указе значится: «Воеводе, рыцарю, старшему сотнику Даниилу Зацепе сдать дела и оставшиеся деньги городскому воеводе Ива­ ну Кобыле и прибыть с семейством в Москву». Радостная Лада с поцелуем встречает мужа на крыльце. - Данилушка, мне рассказал гонец, что на словах веле­ но передать. Когда поедем?.. - Завтра утром... Собирайтесь в дорогу. Выходит на крыльцо и всезнающая крёстная - баба Ольга. Она какая-то поникшая, словно непосильная ноша навалилась на её душу и тело. Уловив взгляд воспитан­ ника, понимает его состояние. Дождавшись, когда Лада упорхнёт в покои, тихонько спрашивает: - Чувствую, ездил? Видел? Осуждаешь, что не преду­ предила? Не моё это уже дело. Не имею права превра­ титься в патлатую , обезумевшую от старости старуху на этом важном посту. Гонцы должны видеть при встречах сильного, волевого, недоступного их пониманию чело­ века, повелевающего их хозяевами. Да и накопивши ­ еся грехи пора в монастыре замаливать. По большому секрету скажу , и оттуда придётся мне управлять своим тайным воинством. Не услышав ответ, старушка отходит в глубину дво­ ра. А у Даниила словно нервный ком застрял в горле. Не обида, не осуждение терзают его, а жалость к крёстной матушке. Как же он за делами не замечал. Не обращал внимания на её душевную боль и перемены, творящие­ ся с ней. Вынужденное расставание её, приобретшую на старости лет семью, убивает. Бабуля - тоже воин в своём тайном ведомстве. Да какой! Целый полководец. И она не вправе принимать какие-либо собственные решения,