b000002436

совню. Крестясь, приблизился к ней. В небольшом высо­ ком, расширяющемся кверху напускными венцами срубе не было двери. На всех её четырёх стенах снаружи, в из­ ящно оформленных протёсах, висели чёрные монастыр­ ские иконы. Нависающая на четыре же стороны шатро­ вая крыша на два-три шага от стен, вероятно, отводила стекающий дождь. - Молодец дядя Олег. Осуществил нашу мечту, зага­ данную перед битвой. Воздвиг варяжскую часовню, каких не было в округе, в честь павших в сражении с врагами на Куликовом поле. Да и здесь, рядом с материнским кре­ стом, три других появились. Не иначе раненые упокоение нашли на родной земле. Постояв на коленях у могилы ма­ тери и помолившись, продолжил путь к избе. На улице в котле варится ячменная с луком и барани­ ной похлёбка. В ожидании угощения поблизости карау­ лят еду две кошки и неугомонный котёнок. А уставшие дети спят в прохладной избе. Лада на солнышке сушит перины и моховые подперинники. Баба Ольга из своего домашнего ледника переносит на стол припасённые яства. Даниил, глядя на реку и островную дубраву, задумчиво говорит: - Время год за годом идёт, завал за лето частично раз­ бирается, а в паводки пополняется. Жизнь по-прежнему кипит в нём и ничего не меняется. - Не прав крестник, за время моего проживания на берегу он понизился и уплотнился. Всё меньше и меньше дубового сушняка приносит вода. Приглядись повнима­ тельней, и зверьё в нём поменялось. Нет прежнего оби­ лия ценных норок и куниц. Выводятся. И причина этому упадку в зверином царстве проста. Понастроили на бере­ гу изб, навесов и сараев для обучения ратных людей. Они здесь пятый год живут, сменяются, еду в котлах варят. А остатки, объедки подбирают лисы и хори. Они друг другу не враги. Живут каждый по-своему. - В чём же дело, крёстная? Почему куниц да норок меньше стало?