b000002436

дина от дурного глаза, отравы и заговора. В чём заклю ­ чалась его провинность - неведомо, но ему под старость пришлось посидеть в порубе. Отпущенный по велению митрополита Алексия на волю, поселился в собине вбли­ зи града Владимира. Вернули Сидору и его «колдовские» книги, привезённые из Византии. Просящий и в то же время властный, повелительный взгляд отшельника, обращённый к Фёдору, напугал боя- рыча. Резко вскинув самострел в сторону обидчика-кол- дуна, приказал исчезнуть. С насмешками в адрес обоих, понукнув коней, отъехала вся охотничья ватага. Внешне старик заступничеством показался недоволен. Подмеча­ лась за ним болезненная потребность играть роль некое­ го святого страдальца, униженного и оскорблённого, а за наигранные чудачества временами и побитого. Будучи проходимцем, часто пользовался добродетелью, чтобы подкормиться. Но в этот день, словно увидев родственную душу, неудобное положение исправил колдун, подойдя к всаднику. С обычного для барской охоты случая Фёдор за­ частил к отшельнику. Редкий день когда его конь не пасся на поляне у вздыбившейся одним углом древней избушки. Второй век стояла она при священном дубе, сросшемся двумя стволами в единый - собину. Чем заинтересовал его нищий старик, об этом в округе много судачили, но не знали. Не пытается ли он излечить внезапно заболевшего отца. Или наоборот... Изводит с помощью колдуна. Данилкина ватага с весны обучалась в конном строю ратному делу. Обе подружки - Лада и Мала под началом бабы Ольги познавали науку врачевания. Но большую часть времени проводили с ребятами, лошадьми и на рат­ ной учёбе. А у таких учителей, как известная вещунья и воевода, было что послушать и научиться разбираться в происходящем. Нет мира и спокойствия на Руси и после «стояния» на Оке супротив ордынцев. Летом 1373 года в Нижнем Новгороде посадские перебили обнаглевших сборщиков дани беклярбека Мамая и приспешников, явившихся с