b000002434

280 – Мужики! Старшего попрошу подойти ко мне. В брезентовом костюме и резиновых сапогах к нам торопливо подошёл невысокий добродушный мужчина лет тридцати пяти. По- даёт егерю руку. Представляется – Иван Малинин. – Слушай, Ваня, мою команду, как главного егеря министерского заказника, на территорию которого незаконно переехали твои тре- лёвщики. Спиленное разрешаю дочиста убрать и ни дерева более не валить. Понял? – Понял, товарищ егерь. За оставшиеся два дня подчистим. Пе- реправу разберём и увезём. Обещаю. Отпуска наши заканчиваются. Следующую бригаду предупреждайте сами. Начальники сюда нос не показывают. Боятся. От вертолётов не отходят. Под гул подъезжающих армейских тягачей с санями и тралами и зилов с кунгами, за рулями которых сидели солдаты, к расспро- сам приступил следователь. На вопрос, что за люди обосновались в деревне, бригадир ответил: – Шпана. А кто ими командует, вам виднее. Спрашивайте у них. Они своим начальством гордятся. Нам лишние расспросы ни к чему. Неделю назад наверняка они похитили двоих наших мужи- ков. Требуют выкуп двадцать тысяч рублей. Придётся платить. В вашей тайге не Советская власть и не медведь хозяин, а какой-то милицейский майор – Чёртов внук. Любую пакость от уголовников можно ожидать под его прикрытием. Вынуждены на выкуп деньги зарабатывать. Не оставлять же своих мужиков им на растерзание. Прощаете. Мне надо работать. Подписывать протокол не буду. Кста- ти, извините, не высказаться, как учёный-философ, не могу. У вас здесь не жизнь, а криминальная стагнация. Более применимого на- звания не подберёшь. Возвращались от заготовителей деревенской улицей. Доброт- ные дома в три избы под тесовыми высокими крышами сиротливо глядели на нас тёмными глазницами окон. Бурьяны от хозяйствен- ных построек из-за домов и из садов напирали на высокие завалин- ки и заборы в две слеги. Гнетущее запустение сопровождало нас. Мелкая гусиная трава покрывала неезженое, обжитое домашней птицей пространство улиц. Словно радуясь нашему появлению, чи-