b000002434

239 достойное прошлое. Я поражаюсь запасу прочности наших людей, затоптанных и обездоленных властью. Сегодня поведаю вам немного пространно о случае, повлёк- шем за собой целую историю и, естественно, секретное рассле- дование. Предполагаю взаимосвязь мне известного с катастрофой вертолёта. Поверьте, тема повествования и масштабы проделанной нами в военное и послевоенное время работы требуют дополнительного разъяснения. Вероятно, вскользь вы об этом уже немного наслыша- ны. Речь отчасти пойдёт о месте России и русских в мировой циви- лизации христианского периода. И об упущенных возможностях по праву занять своё место в миропорядке. Повернуть историю вспять невозможно. Её можно лишь вспом- нить и проанализировать в назидание потомкам. Миром правит раз- ум, человеческий или нет – судить не нам. Расскажу я вам о прово- дниках воли Божьей – монахах. Точнее, об одном монахе. Илларио- не, сделавшем Сталину внушение и преемственный подарок. Кто он был, этот «чернец», в народе прозываемый Ларионом? Какого рода, племени, историкам предстоит разобраться. Опасный для властей изгой, якобы вынудивший Сталина совершить в войну поездку на кровавое Ржевское направление. Или святой, помогавший людям выживать в безвыходных положениях. И это происходило во время Великой Отечественной войны, когда в стране не было патриарха. Архиереи и митрополиты сидели в тюрьмах. Кто уполномочил этого божьего человека на гражданский и духовный подвиг? О нём в со- ветской прессе не писалось. Монах появлялся перед солдатами на Ржевском и других северо-западных тяжелых направлениях. В дол- гие дни ленинградской блокады мобилизовывал людей на помощь голодающим. Что самое удивительное, немцы побаивались этого древнего старца в истрёпанном монашеском рубище. С его появле- нием под обстрелом часто огонь их батарей затихал или переносил- ся на другие участки. Никем не задерживаемый старец, как призрак, проходил через боевые порядки. Бог ведает!.. Возможно, и не он один появлялся во фронтовой полосе в страшные годы в монашеском обличии. Для меня, старшего лейте-