b000002433

83 ворили – «хоть воду лей, не протечёт». Вдоль всех четырёх стен размещались сусеки. Плотно забранные в пазы-штробы в стенах сруба широкие доски отделяли их друг от друга. По указанию бабушки отец ударами обуха топора выбил две разделительные перегородки. В пропиленных штробах обнаружилось, что три ряда брёвен сруба стыкуются в них. Вытащив страхующие гвоз- ди, ломиком выжал полутораметровую вставку из трёх брёвен. В нижней части стены обнаружился лаз в узкий тайник, рас- положенный между наружной и дополнительной стеной. Отец, с трудом протиснувшись в отверстие, вскоре вылез обратно. Мне же, как менее габаритному, надлежало подавать ему содержи- мое схрона. Слежавшегося за сорок лет хранения зерна, гороха и гречки в окованных жестью узких ларях, закрытых холстиной, оказалось ничтожно мало. Что касается расположенных выше ларей, тоже завешенных холстом полок, то они были заставлены сундучками, коробками, свёртками, книгами, ценной домашней утварью. Были там шикарная керосиновая лампа-«молния» и са- мовар. Найденная обувь оказалась иссохшей, шерстяная одежда изъедена молями. Честно сказать, мне бабушка и рассмотреть-то всё не дозволила, чтобы я не сболтнул никому ничего лишнего. Спрятав со своей свекровью Анной Ивановной ещё до рождения моего отца, в тайник кое-что из добра, помнила обо всём, словно по описи. После переноса в дом тщательно просматривала содер- жимое упаковок. Её дрожащие руки бережно перебирали наград- ные листы, жалованные грамоты, сословные документы, пачки «николаевских» ассигнаций, банковские документы, российские и заграничные паспорта, указы Святейшего правительствующе- го Синода на разрешение делать росписи и реставрационные ра- боты в храмах и на написание икон, купчие на дома и земельные участки, акции и другие документы минувшей в небытие эпохи. Расправляя свёрнутые в рулончик листы с записями, вырезан- ные из дворянских книг, вспоминала, как в послереволюцион- ный период, используя свои связи, свекровь Анна Ивановна вы- купала их за семейные украшения и хлеб у «делопутов». Очень-о- чень опасалась она, что семью запишут в так называемый список «А» на безоговорочное переселение – высылку. Опасаться было чего. Офицерское, дворянское, купеческое, духовное сословия определялись новой властью врагами трудового народа. Свёрток из вощёной бумаги, размером с нетолстую книгу, ко- торый я по указанию Анны Васильевны извлёк из сундука, на