b000002432

86 кряквы. На мелководном прудике запустили подманку на воду, привязав к якорю. От переда чучела невидимая нитка протянулась к руке Вани. Используя кочки для поддержа- ния ружей, мальчишки, прикрывшись ветками, залегли под кустом невдалеке от прудика. Иля закрякал в утиный манок, делая перерывы и прислушиваясь. Распуганные утки стали отвечать с разных мест. Вскоре начались перелёты. – Ванятка, что притих, не выспался что ли? Подёргивай нитку, чтобы волна шла, и в одну не стреляй. Пусть поболе налетит. Они сегодня, в первый день охоты, шальные и глу- пые. Шелест крыльев и шум бухающихся на воду пяти уток нарушили тишину. – Ванятка, пали левее подманки, как чмокну. Грохнули два выстрела, дробь ударила по воде. Сквозь пороховой дым было видно – удача улыбнулась охотникам. Две кряковые утки остались на воде. – Ивлюшка, как делить-то будем, опять не поровну. – Разделим просто, Ванятка, по охотничьему закону: ты у меня, на моём лугу, в гостях. Тебе причитается большая половина, а кто убил сколько уток в действительности, раз- берёмся позже. Мои дробины с рисочками, ножом надсече- ны. Чур, не мухлевать. Давай перезарядим на всякий слу- чай и к тарантасу пойдём. Давно их выстрелов не слышно. Егор Иванович с Колей стояли у тарантаса. На земле у их ног лежали четыре кряквы. – Я большую утку убил, – нетерпеливо сообщил маль- чишкам Коля. – Ивлей Иванович, спасибо тебе за охоту, – подавая руку, прощался с Илей ореховский барин. – Дичь не терпит лёжки, разделать надо побыстрее. Мы поедем через Семё- новское, тут рядом, рукой подать. Иля с набитым ягдташем подошёл к дому с улицы, а не со стороны садов. Ему хотелось похвастаться своей добычей перед деревенскими мальчишками.