b000002432

40 стога. Она вышла, оглядывая заснеженную луговину. Сухо щёлкнул курок. За вспыхнувшим на запале порохом грох- нул раскатистый выстрел зимнего картечного заряда. За- быв от волнения отставить ногу назад, мальчишка с ружьём в руках, отброшенный отдачей, упал на спину в снег. Оста- вив второпях варежки и ружьё, вдыхая морозный воздух с нерассеявшимся пороховым дымом, Иля бежал на лыжах, надеясь увидеть трофей. Подбегая, добычи он не заметил. – Вот куда она закатилась, – весело и возбуждённо вос- кликнул состоявшийся охотник, доставая лисицу-огнёвку из щели между стогом и наметённым сугробом. Ранее озяб- шие руки и лицо парили под продолжавшими опускаться снежинками. Не обметая снег с валенок, Иля ввалился в кухню с ру- жьём, лисой и зачем-то прихваченными в придачу лыжами. Жаль, не видел триумфа отец, уехавший ещё до его про- буждения на работу. После завтрака полежал опять на печи, поднимая на босых ногах соскучившуюся по играм Мурку. За домом поскуливали на привязи три лайки. Иля с вечера обещал собакам взять их завтра на охоту. По накатанной вдоль берега Тунгиря дороге с лыжами в руках тронулся в лес. Навстречу лошадёнки с заиндевев- шими мордами везли на санях дрова. Лайки, уступив им до- рогу, отгоняли от хозяйских саней собачонок в стороны. От- цовская чёрная сука-лайка, по кличке Люська, продолжала оберегать своих годовалых щенков. Драться с этой ковар- ной барсучатницей не осмеливались не в пример мощнее её с виду псы. Лет пять назад отстала она истощённым щенком от какого-то зимнего обоза на тракте. Ночью улеглась в сто- явший у конюшни возок, выбрав себе, возможно, первого полюбившегося по запаху хозяина. В это же утро облаивала всех подошедших к конюшне, кроме своих. – Ну и характер у щенка, – удивлялся Иван Андрее- вич, – сама с кошку ощипанную, а готова на волкодава на- пасть. И дворовую суку Нюшу за хозяйку не признаёт.