b000002432

320 ты. Подтверждением его революционной бдительности стал осмотр сумки старухи. На некоторых бирках находящихся там пузырьков были знаки скрещенных костей и нерусские надписи. Сомнений не было, поймали немецкуюшпионку, с акцентом говорящую по-русски и знающую немецкий язык. Несомненно, она пришла отравить Жуковского, предвари- тельно усыпив часового. Плохо бы пришлось Анне Ивановне, если бы не пришед- шие навестить профессора знающие её бывшие студенты Жуковского. Они разочаровали чекистов, заявив: задер- жанная – личный доктор Жуковского, знаменитая учёная лекарша Анна Ивановна Морозкина. Экспериментировать с больным профессором неизвестными науке средствами доктор запретил. Приказав близко не подпускать её к двери, удалился. Через месяц медицинская сестра Зелина, ухаживавшая за больным Николаем Егоровичем, рассказала ему о стран- ной посетительнице. Держась за грудь, выздоравливающий Жуковский хохотал на всю палату. Врач подметил, что эта спонтанная вспышка радости и душевного подъёма пошла ему на пользу. Осенью не раз приезжал он на служебной машине в Се- ребрянический переулок на чаепитие к Ани. Угощаясь под чай тёплыми ржаными лепёшками, смазанными настоящим коровьим топлёным маслом, он общался с подругой, кото- рая умела слышать и понимать его душу, как никто другой. Ему была глубоко симпатична её таинственность и за- гадочность. До самой кончины пытался понять, каким не- объяснимым образом, простым внушением эта худенькая женщина останавливала внутренние кровотечения, под её руками за два сеанса затягивались незаживающие раны, зарастая без шрамов. Только с ней он мог бесконечно гово- рить, шевеля подрагивающими губами, вспоминая этапы уходящей жизни. Анна Ивановна прекрасно осознавала: будь у него их несколько, этот наполовину парализованный