b000002432

316 Семья семёновских скотопромышленников Кузанковых лишилась всего, что наживалось долгие годы. В 1918 году часть коров растащила голытьба. Много бурёнок порезали на мясо в гражданскую войну. Так же, как и у Морозкиных, од- нажды ночью сгорел дом. Поговаривали, что они не заплати- ли отступные следователю ВЧК – Сифилитику. Оставшуюся часть дорогих дойных коров и поделили по вновь созданным после революции первым коммунам и совхозам в Ермолине, Фетинине и Жерехове. Породистые коровки в коллективном пользовании в безуходном содержании примерзали выменем к занавоженному полу. Отощав от бескормицы на дворах с раскрытыми на корм соломенными крышами, к весне со- держались в подвешенном состоянии. Часть из них так и не увидела весенней травки. В гибели коров обвиняли старика хозяина Василия Семёновича, не запасшего на зиму кормов. Возраст и болезни не раз спасали его от высылки за Урал. Вскоре скромные могилки его и жены появились на глухов- ском кладбище. Скотные дворы были разграблены комбе- довцами, разобраны и развезены по колхозам на дрова. В то время в каждой деревне для коллективных хозяйств экспро- приированных строений было предостаточно. Нет более Семёновского. Жалкие остатки заброшенного фруктового сада, посаженного по настоянию Милы Тихо- новны, да заиленный пруд с карасями в окружении вётел и серебристых тополей. Вот и вся память от маленькой дерев- ни и знаменитого имения. Подобная участь постигла и черногорских скотопро- мышленников Глушенковых. Их семья не смирилась с революционным беззаконием. Все мужчины поголовно вступили в банду «зелёновцев». Возглавляемую Никола- ем Зюзиным. Примкнули к ним и вооружённые дезертиры из андаровского леса. В дальнем углу Черкутинского клад- бища в провалившейся могиле похоронены три большеви- ка, растрелянные в июле 1919 года. Память о них у новой власти была недолгой. Подобных сволочей, подстрекавших