b000002432

270 говорила, скоро война грянет, железные машины в возду- хе летать будут. Давно это монах Авель предсказал. Ты уже, Николя, достойно послужил русской науке. Всему миру по- казал величие своего разума. Скоро война расставит всё по своим местам. На другой день с утра крупными хлопьями повалил снег. Зима, одумавшись, навёрстывала упущенное. Рождество на носу, а снегу по щиколотку. На удивление, прекрасно про- спав ночь, Николай Егорович поутру сделал попытку осто- рожно подняться. Прежней боли не ощущалось, но слабость прижимала к кровати. – Николя, я тебе валеночки мягкие, подшитые подобра- ла. Обувайся, умывайся и к столу подсаживайся. Покуша- ешь, лекарства примешь и – на коечку. Отлёживаться тебе сегодня после вчерашней дыбы надо. Алексей Степанович молодых привезёт с Ундола, праздничный обед устроим. Ве- чером не забудьте ружья и заряды проверить, – хозяйничая по дому, рассуждала Анна Ивановна. Утопая в перине, после завтрака Жуковский заснул крепким сном. Проспал он и приезд Андрея с семьёй. Чьи-то приглушённые голоса доносились до него в полусне из дру- гой комнаты, но проснуться и встать сил недоставало. Кто- то тронул его за плечо. – Что притих, Николя? Торжественный обед проспишь. Неужто сон на лету тебя после вчерашнего лечения забира- ет? Значит, поживёшь ещё, рано помирать собрался. Завтра утром в теле силу и ловкость почувствуешь и про боли в по- звоночнике забудешь. Как во сне отсидев за столом несколько минут, Жуков- ский попросил извинить его и проводить до койки. После вновь выпитых лечебных отваров и травяного чая с мёдом сон окончательно разморил выздоравливающего гостя. Едва в окнах забрезжил рассвет, Николай Егорович и Андрей, сидя за столом, уже ели свежие выпеченные соч- ни с топлёным молоком. По лёгкому морозцу, в подшитых