b000002432

261 к Ани. Слово «отметиться» частенько повторяла ему Анна Ивановна. – Горишь на работе, Николя, синим пламенем. Не заме- чаешь как время немилосердно к тебе. Старайся осознанно жить, размеренно и не делать сбои в работе внутренних ча- сов. Для активной творческой, умственной работы лучше всего подходят раннее утро и сумерки. После десяти часов вечера работать вредно. Прогуливаться желательно с двух часов дня и до пяти. О здоровье пора всерьёз подумать. Что столбом гнутым ходишь? Как будто под сюртук тебе сзади доску кривую подложили. Насиделся за столом, согнув- шись, да накатали тебя московские извозчики. Пешочком, пешочком тебе ходить побольше надо и в седле на лошад- ке смирненькой посидеть, на прогулках. Есть и меринок к твоим услугам, к лесу и выстрелам приученный. В баньку разогреть и растереть тебя свожу. Вся хворь и простуда вы- йдет. В Орехово не торопись, в пустом доме неуютно тебе одному со служанкой будет. Николя благодарно целовал подругу в щёку и губы. Улыбался, смахивая накатившую слезу. В короткие поездки отца дочь Лена оставалась в Москве. С деревенскими гостинцами он привозил ей лекарства для лечения всё более и более угнетающей болезни. Пребывание Николая Егоровича в доме вдовы Морозки- ной не давало повода для пересудов в деревне. Это восприни- малось как само собой разумеющееся в общении немолодых, состоявших в давней дружбе людей. У практикующей знаменитой травницы двери были от- крыты для всех нуждающихся. Жуковский знал, что после смерти мужа к ней частенько приезжают свататься имени- тые вдовцы, куда более завидные и молодые господа, чем он. Но не подавал вида о своей информированности. Авторитет Анны Большой был незыблем. Все знали, что она даром ле- чит по возможности всех приезжающих. Зачастую, покупая в московских аптеках не произрастающие в нашей местно-