b000002432

249 новна впервые после похорон мужа улыбнулась. В завер- шении и этого письма он написал в очередной раз: «Твой друг Николя». – Поди ж ты, старая перечница, охаживать начинает.  Следующий день принёс очередное, навеянное рево- люцией событие. По улице к дому своей неофициальной управляющей лесами Анне Большой, с нездоровым от запоя лицом широко ставя ноги и выпячивая зад, поддерживая подол платья, шла, как гусыня, Марфа Осиповна Загули- на. «Что-то случилось», – подумала Анна Ивановна. Редко последнее время она за забор усадьбы выходит, и девку за ней не послала. Поравнявшись и не останавливаясь, Марфа повела её за руку в дом. Её опухшие ноги в наскоро надетых, не зашнурованных ботинках, подобно ходулям, с трудом преодолевали ступени крыльца. – Анна, Христом Богом прошу, дай двадцать тысяч ас- сигнациями. Очень нужно. – Что покупаешь, Марфа? – Только тебе скажу, больше никому. Жизнь свою поку- паю. Проводив Марфу, подумала: ну и дела. Доходное дело открыла Мила Кузанкова. Интересно, кто на очереди завтра будет, не Николя ли мой? Приехавшей после обеда матери Анна призналась о вынужденной продаже луга с торфяни- ком. О насмешках и угрозах, которые ей пришлось вытер- петь по алчной прихоти семёновской барыни. – Отдышусь с дороги я, Аня, попью чайку, и давай съез- дим в Семёновское. Хочу хоть одним глазком взглянуть на эту бандитскую диву. Что попрошу для неё, то Господь Бог ей и пошлёт. Нашла чем беззащитную вдову обидеть; знает, негодница, что у неё муж в мир иной отошёл…Ты правильно сделала. Поступила мудро, обдуманно, отвела беду от семьи. Деньги в жизни – не главное. Твой отец за много лет с хра- мов ни копейки не взял. Не разрешаю я ему этого делать. За его безвозмездную работу ему владыка дом с мастерской в