b000002432

234 занимали приглашённые на подрядные работы мастеровые мужики. Неожиданно ночью от сердечного приступа умер Пётр Карлович. Последнее время он занимался менее хлопотны- ми работами – торговлей пиломатериалами и лесом, при- бывающими в вагонах со станции Ундол от Алексея Степа- новича Морозкина. На похороны приехали зятья Григорий из Орехова-Зуева и Сергей из Костерёва, и дочери Петра с зятьями из Петербурга. На извозчике к выносу прикатил и располневший Николай Егорович с худенькой дочерью Ле- ной. Здороваясь с Ивлеем Ивановичем за руку, Жуковский грустно заговорил: – Как же он так? Я бы ему доктора Гетье пригласил под- лечить. – Так-то вот, Николай. Приходит время, и доктор не ну- жен. Тихо, по-христиански похоронили Петра Карловича друзья и родные. На поминках родня Морозкина и Жуков- ские сидели кучкой с краю большого стола. – Как живёшь, Егорович? Чем занимаешься? Два неспо- койных месяца тебя не видел, и писем мне твоих Анна давно не читала. В деревню к ней собираюсь. Весенний сев на носу. Тебе как, Егорович, на своё усмотрение всё вспахать и посе- ять, или коррективы какие будут? – Спасибо, Ивлей Иванович. Что, где и как сеять мне вас учить не с руки. Я только и делаю, что деньги за проданный урожай получаю. Спасибо, что обеих лошадей, моих «стару- шек», заменил. Кобылки-то твои недавно ожеребились. С эскортом буду летом ездить. С детства люблю жеребят.  Кучер с гордостью вспоминает, как Ани ему жеребца ле- том доверила. Так он с непривычки, пока до Орехова в седле на нём ехал, всю дорогу падал. Удивительные у тебя кони. Прохор на земле лежит, от боли стонет, а твой Тифлис ему уши губами мнёт и колено подгибает, чтобы он на него залез. Вовек мне за ваше добро, Иванович, не рассчитаться. Спа-