b000002432

188 рёвку, пустил в свободный полёт обгоняющую его чудо-кон- струкцию. Модель, качнувшись на встречном потоке возду- ха, какое-то время продолжала набирать высоту и, потеряв инерцию, плавно по наклонной пошла на посадку на поле по другую сторону Ворши. Шестидесятиметровая верёвка, свисая, временами стала касаться земли. Полёт на посадку получился свободный, с лёгким подъёмом на тёплых, нагре- тых солнцем парах свежевспаханной земли. Испадавшийся при стремительном беге Николай Егорович, с измазанны- ми пылью и травяной зеленью руками и коленями, тяжело дыша, восхищённо глядел на плавно опускающийся на ко- лёса и хвост аппарат. Десятки остановившихся карет, тарантасов, подвод сгрудились у места посадки. Люди застыли, созерцая рукот- ворное чудо. Подбежав к сидевшему на лошади другу, Жу- ковский рывком за руку стащил его на землю: – Ивлюха, ты видел, видел? Мы летаем! Дай я тебя рас- целую, друг. Если в нашей модели рули высоты научить управлять воздушными потоками, улетела бы она от нас. К тому же верёвка в свободном полёте перёд клонит и тормо- зит. А возможно, она выполняет роль противовеса или ста- билизатора, подобно хвосту змея Ивана Чурилова. Сколько вопросов, Ивлюха, у нас с одного полёта возникло – только изучай и экспериментируй. Гордо стоявшую на земле модель, раскинувшую ткане- вые крылья, окружила толпа. На дороге в обе стороны вы- росла транспортная пробка. Поодаль на траве сидели два крепких, с седеющими бородами мужика и о чём-то непо- нятном громко разговаривали. – Слава тебе, господи, получилось, взлетели и летели, – не унимаясь, восхищался Николай Егорович. – Ивлей, ты можешь нарисовать модель в полёте? – Попробую, Николай. Картина получилась на славу. На ней изображён был ле- тевший в облачном небе чудо-самолёт Жуковского. Рядом