b000002432

162 считали долгом посетить родственников. Те, что победнее, прибывали пешком в куртках из фабричной полушерстяной ткани, в старомодных с медными скобками кожаных сапо- гах и котах. Строго по старинке соблюдался ритуал привет- ствий, передачи поклонов от домочадцев, не прибывших на праздник. Гости интересовались хозяйством, приплодом, новшествами. За праздничным столом за выпивкой и уго- щениями разговоры и расспросы продолжались. Застоль- ные песни под гармошку и всухую раздавались повсюду. К полудню возле каждого дома, наперебой голосистые гармошки выговаривают мелодии: русского, елецкого, поль- ку, краковяк, кадриль, цыганочку, падеспань и вычурные вальсы, которым даже Штраус позавидовал бы. Ноги сами выплясывают на выбитой каблуками и каблучками траве затейливые выходы. Традиционные частушки наперебой выводятся охрипшими голосами от круга к кругу. Кто бой- чее, захмелев, и разухабистую матерщину пропоёт. Сегодня праздник. Сегодня можно и показать себя, кто во что горазд. Вечером все оставшиеся на ногах объединяются в один боль- шой круг. В центре деревни, на кружале, уставшая за день самая голосистая гармонь, срываясь, пропускает коленца. Игрока сменяет следующий, и веселье продолжается до рас- света. На задах деревни и у кабаков задержались десятки экипажей. Редкий праздник проходит без пьяной драки. Связав буянов верёвками, могут опрокинуть и по паре вёдер воды на горячие головы. Обычно хулиганов на другой день мирит Ольга Петровна. Жаловаться на своих распоясавшихся му- жей жёны приходят к Гусарше. Таковы традиции на Руси: авторитетов не выбирают, ими становятся сами по делам. Разбирает, по чьей вине рубашки порваны и кто стёкла в окнах побил у безобидной старушки. Без синяков, шишек и ранений редкий праздник заканчивался. Ивлей Иванович, не вникая в разборки, погрозит иногда пальчиком зарвав- шимся и – баста, тишина. Его, как и покойного отца, уважа-