b000002432

143 Большое поле, разделённое узкой лесистой стрелкой, вдавалось в лес. От него начинался Глушенский гон. Раски- дистые берёзы группами маячили по опушкам. Излюблен- ные для тетеревов места кормёжки и контроля за подхода- ми. Непуганые птицы иногда близко подпускают лошадей с гружёнными сеном санями. – Смотри, Николай, какие петухи на берёзах си- дят. Только бы подпустили поближе. Стрелять будешь из моего ружья: сидящих – картечью в кучу, а в лёт – нулёв- кой. Не таясь, разговаривая во весь голос, подъехали на выстрел. Тихая команда: «Тпру-у…» остановила лошадь. Звук четырёх выстрелов разбудил спящий заиндевевший лес. Пронзительная картечь с разлётом посекла ветки берёз. Над дымным облачком на стрелков летел тетерев. Провожая его стволами, Николай выстрелил из своего ружья. Птица, кувыркнувшись в воздухе, шлёпнулась в снег. Под берёза- ми торчали в сугробе четыре убитые птицы. Два подранка бились, загребая крыльями снег и мелкие веточки, бороздя тушками забрызганный кровью снег. – Неплохо для начала, – кричал возбуждённо Николай. Охота продолжалась до темноты. Два туго набитых ди- чью мешка и кучка в передке саней – таков итог удачной охоты. – Давай заедем к твоей Оленьке, подарим пару петуш- ков, – предложил Ивлей. Николай молчал, выбирая пару крупных тетеревов. В деревне их ждала неожиданная новость. Жандармы увезли Ивана Чурилова во Владимирскую тюрьму. По тракту катилась правдивая байка про графа Онича и кузнеца Чурилова. Доконал граф своими просьбами и моль- бами кузнеца Чурку. Не верил словам знаменитого кудес- ника, что не барское это лечение. Предварительно андаров- ский лекарь прилюдно взял слово с барина, что тот не будет иметь к нему претензий из-за неудобств в лечении. Кучер и