b000002431

88 мились и безобидно подшучивали друг над другом. Оторванные от семей, эти присланные фабричные сверстницы роднились с нами настроением и неустроенностью в жизни. Захмелевший Ленский не мог остановиться на выборе подруги. С бутылкой, с негром на этикетке, и стаканом бродил по луговине, пытаясь угощать девчонок. Солоухин в длинных серых трусах, что в те годы грели колени и с успехом заменяли солидным мужикам плавки, подошёл к гита‑ ристам. Олег негромко подал мелодию русского. Эд начал на эту тему импровизировать. С выходом Владимир Алексеевич, расправив плечи и выпятив грудь, с гордо поднятой головой пошёл по кругу, притопывая и загребая босыми ногами примятую траву. Со вто‑ рого круга в своих безразмерных трусах он со свистом, хлопая руками впереди, сзади, под ногами, выплясывал вприсядку под наши аплодисменты. Распалённые его азартом, двое парней по‑ пытались пройти за ним кружочек в танце. Я попробовал посо‑ перничать на пару, но моих сил и умения хватило всего на тройку минут. Раскрасневшееся лицо и растрёпанная светлая шевелюра лихого танцора порхали по кругу. Он вскакивал, дробил пятками и падал назад на руки, отплясывая руками и ногами одновремен‑ но. Кувыркнувшись на траве вперёд через голову, плясун встал на ноги и с поклоном развёл руки в стороны. —Жаль, гармони нет. Ой, паря!.. Показал бы вам, как мы быва‑ ло гуливали. — Эй, вы, там!.. Налейте пастуху стакан. Заслужил, – распоря‑ дился Ленский. Солоухин в знак благодарности прижал руку к груди. А настоя‑ щий пастух, молодой парень, стоял поблизости между табуном и на‑ шей застольной поляной. Знакомый придурковатый ратмировский Валька посылал мне знаками желание опрокинуть стаканчик с нами за компанию. Моя новознакомая Домира понесла полкружки рома и шашлык ему на угощение. Выпив, пастух просигналил мне пустой кружкой. И как намагниченный, стал приближаться ещё ближе, вы‑ ставляя впереди себя палку, сдерживающую от решительного по‑