b000002429

тырехъ мѣсяцевъ пути достигали цѣ.іи своего путешествія. Другой путеше- ственникъ того времени Рубруквисъ, отправленный Людовикомъ IX, королемъ французскимъ, посломъ къ верховному хану, разсказываетъ о страшныхъ трудностяхъ, которыми сопровождались эти дальнія поѣздки. Приходилось терпѣть голодъ, жажду, невыносимый жаръ и страшную стужу. Послѣ погромовъ монгольскихъ степи и пустыни казались еще безлюднѣе: разва­ лины и груды костей на мѣстахъ нѣкогда богатыхъ поселеній краснорѣчиво говорили о свирѣпости завоевателей. Среди этого царства смерти самимъ татарамъ, привычнымъ къ кочеваныо по пустынямъ, становилось страшно... Современные путешественники могутъ дать намъ еще болѣе ясное представленіе о страшныхъ трудностяхъ лутешествій по средне-азіатскимъ пустынямъ, тѣмъ болѣе, что условія быта остались тамъ неизмѣнными со временъ глубокой древности. Мрачное, тяжелое впечатлѣніе наводятъ на душу путника необозримыя пространства степей, лишенныя всякой растительности. Животныя бѣгутъ изъ такихъ страшныхъ пустынь. Даже ящерицы и на- сѣкомыя встрѣчаются рѣдко среди мѣстностей, напоминающихъ скорѣе обширным кладбища: подъ ногами то и дѣло попадаются кости погибшихъ лошадей, муловъ и верблюдовъ. Почва раскаляется отъ невыносимой жары: солнце немилосердно жжете отъ восхода до заката. Неподвижна атмосфера, мутная, точно наполненная дымомъ... Вѣтерокъ не колышете воздуха, не даетъ минутной прохлады. Лишь изрѣдка промчится горячій вихрь и пого­ ните предъ собой крутящіеся столбы соленой пыли. Впереди и по сторонамъ играютъ обманчивые миражи 2°4). Страшныя бури нарушаютъ повременамъ безмолвіе пустыни. Необык­ новенно сильный, порывистый вѣтеръ вздымаете тучи песку и пыли, помра- чающихъ свѣтъ солнца. Атмосфера дѣлается желтою, но скоро наступаете тишина, какъ въ сумерки. Соленая пыль засыпаете путниковъ и слѣпитъ имъ глаза 208) ... Таковы были трудности, которьгя приходилось претерпѣвать царствен- ітымъ братьямъ на пути въ Татарію! Но онѣ возростали еще болѣе вслѣд- ствіе недостатка въ пищѣ для скота и людей, вслѣдствіе недостатка въ топливѣ, особенно послѣ монгольскихъ погромовъ 2°в)... Кто можетъ повѣдать намъ мысли и чувства Александра Ярославича во время долгаго, томительнаго пути по безконечпымъ пространствамъ азіат- скихъ степей, среди яевыносимыхъ лишеній, можно сказать, среди постоян­ ной опасности погибнуть вдали отъ родины и близкихъ! Много нужно было вѣры въ Провидѣніе, много любви къ родинѣ, много нравственнаго му­ жества, чтобы перенести все это и не потерять искры надежды на лучшую будущность, хотя бы и отдаленную. Мы нерѣдко удивляемся великимъ под- вигамъ, трудамъ и добровольными лишеніямъ великихъ историческихъ дѣяте- лей, удивляемся, нанримѣръ, поступку Александра Македопскаго, вылившаго на землю воду изъ шлема среди безводной пустыни для ободреиія своихъ сподвижниковъ, но здѣсь мужество героя подкрѣпляла блистательная цѣль, имѣвшаяся въ виду, награда за подвигъ, громкая слава и величіе. Чего могъ ожидать, на что надѣяться Александръ Ярославичъ? Увидѣть мѣсто безвременной кончины отца, униженно склонить голову предъ надменнымъ варваромъ... Возвращеніе на родину... но въ этомъ еще можно было со- мнѣваться... Да мало утѣшенія предстояло и въ родной землѣ. Безъ сомнѣ- нія, русскіе плѣпники не разъ встрѣчались Александру Ярославичу и въ Св. Александръ Невскій. ^