b000002428

— Не меныце тебя знают, не кричи!— покосилась на Мошка старуха. М ош ок снял поддевку, повесил ее у двери и, став посреди избы, пробасил: — Замолкните уста нечистивые и уста ковар- ные!... Псалом сто восьмой царя Давида как меч ношу в сердце своем... «Боже, хвалы моей! Не премолчи»,— начал чи та тьМ ош ок, подобно попу в алтаре, подняв вверх руки. Старуха заволновалась, встала. —• Перестань ты ради Христа. И впрямь в тош - ноту ударило... Ухожу... Дока! — Так -то,— успокоился М ош ок, посмотрев на хлопнувшую дверь. С уходом старухи, Мош ок взял на суднице у печки ковш воды . Вынул из кармана дырявый камень, который нашел при рытье могил, и спу стил его в ковш . Камень зашипел; на поверхности воды заблестели серебристые пузырьки. — Помеха и злой умысел налицо!— покачал головой М ош ок и вышел во д вор . Тяжело пыхтевшая корова, растянувшись, ле- жала в хлеве. М ош ок трижды вспрыснул ее из ковша водой и вернулся в избу. — Пустяки, пройдет. Сделав св ое дело, успокоив сестру и шурина, М ош ок пошел домой. К деревне подгонялось стадо, несшее с полей запах молока, шерсти и полыни. — Посмотрим , как твоя ворож ба поможет,— ехидничала стоявшая у ворот своего двора бо- былка, к оторую прогнал Мошок. Он прошел, как бы не замечая св о е го врага.