b000002427

И небо дивное, какъ въ сказкѣ, И золотое море ржи, И васильковъ влюбленныхъ глазки Вдоль зеленѣющей межи... Въ поляхъ—крутые повороты, Цвѣты, валежникъ межъ кустовъ; Иоляны, мшистыя болота И перекрестки у мостовъ. Цвѣтовъ незримое кажденье Въ закатѣ пламенныхъ небесъ, И вольныхъ птичекъ пѣснопѣнье, И за рѣкой зеленый лѣсъ. Яровое въ цвѣту. Иоле чистое овѣяно туманомъ. Въ небѣ магній солнечный горитъ. Предъ цвѣтуіцимъ и горящимъ океаномъ, Я опять молюсь, какъ прозелитъ... Развернулось яровое вѣерами. Зацвѣли горохи, ячмени; Ленъ, какъ дѣвушки невинными глазами, Излучаетъ синіе огни. Зашуршалъ овесъ, какъ рясами монашки Въ мигъ моленія передъ Крестомъ; Полоса гречихи въ розовой рубашкѣ Разметалась рядышкомъ со льномъ. Надъ цвѣтущимъ хлѣбомъ бабочки порхаютъ, Какъ надъ чашей благовонныхъ винъ. Нынче пиръ у нихъ, а завтра умираютъ И Господь хоронитъ ихъ Одинъ... Необъятно небо. Необъятны дали... Яровое поле все въ цвѣту. Въ молчаливой и божественной печали Я иду и славлю красоту. — 3 —