b000002421

Всех рабочих на этой фабрике было до 350 человек, причем почти поровну мужчины и женщины. 3-го марта ра- бочие забастовали и пред‘явили ряд требований, болыная часть которых вызвана была недочетами местной постановки фабричной жизни. Но, впрочем, были обычные требования об увеличении расценка, удалении заведующего за суровое обращение. Прибыл фабричный инспектор, один из хозяев и Юрьевский исправник Фон-Гроте. Вызваны были казаки и наряд полиции. Начались обычные переговоры, во время ко- торых исправник открыто занял такую линию поведения и действий, которую ацминистрация в других местаХ находила нужным скрывать и утаивать из побуждений соблюсти хотя внешний декорум, Как бы то ни было, а приходилось уверять рабочих, что администрация является безпристрастным по- средником между ними и фабрикантами. Фон-Гроте был более откровенен. В своем докладе губернатору и нрокурору он, не скрывая сущности отношений власти к двум борющимся сторонам, писал: „В три часа 4-го марта приехал фабричный инснектор Алабин и один из хозяев фабрики К. М. Случаев и после общего совещания, на, котором я просил не делат ъ фаб - ричным никаких усшупок, отправились к рабочим... 7-го марта, В этот день я просил уже не вести переговоров, так как они , не приводя к желаемым результатам, только дают повод рабочим упорствоватъ в своих требованиях , и прекращением переговоров нужно показать им твердость и уверенность“ . Затем Фон-Гроте с циничною откровенностью излагает ряд приемов, к которым он обратился, чтобы внести раздор в среду рабочих, в чем и успел, воспользовавшись некоторым разно- гласием, существовавшим между мужчинами и женщинами. Когда обо всем этом с наивною откровенностью сообщено оыло им в губернский центр, то даже и там нашли такую ревность об интересах фабрикантов излишней и в некоторой — 6 8 —