b000002419

— 14 — ста лет уже занятое промышленным трудом, не получило земельного надела, да и окружающие Гусь песчаные лесные земли не казались для него заманчивыми. Часть освобожденных крепостных, прельстясь рассказами о вольных землях, переселилась в Сибирь. Но очутившись там в непривычных климатических условиях, чрез несколько месяцев возвратилась на родину в новом звании Томских мещан. Другая более значительная группа совсем отказалась от наделов И, наконец, третья малочисленная часть получила наделы и основала несколько выселков в 8 — ] 0 верстах от Гуся. Таким образом, ядро Гусевского фабрично- заводского населения составили безземельные крестьяне и мещане, лишенные не только надела, усадьбы или собственного крова, но также сословного управления, суда, которым пользовалось крестьянское на­ селение других мест губернии. Все это должна была заменить для них Мальцевская контора. Взамен усадьбы она дала им огороды; по­ мещения, отведенные для рабочих в отдельных домах или казармах, заменили им собственные избы; сословный крестьянский суд был за­ менен расправой прикащиков и управляющего; государственная поли­ ция долгое время заменялась конторским сотским. Этот до некоторой степени патриархальный строй мог еще держаться во второй поло­ вине 19-го века, но к концу этого столетия, с развитием корпора­ тивности и сознательности среди рабочих, он оказался, конечно, не­ состоятельным и потребовал коренной перестройки. Стачка 1897 года имела последствием учреждение на Гусю государственной полиции и положила начало невеллировке отношений между рабочими и конторой, сообразно с теми, какие существовали на остальных фабриках губер­ нии. Но тем не менее и пережитки старины оказались живучими, осо­ бенно в областях, которые близко соприкасались с обездоленным по­ ложением Мальцевских рабочих, как крепостных, освобожденных без земли и усадьбы. Безземельные рабочие из числа бывших Мальцев- ских крепостных и в 1905 году были глубоко убеждены в обязан­ ности конторы предоставлять иы и их потомству кров, работу, а в слу’ чае инвалидности, старости пропитание (месячину). Увеличение платй за пользование огородами представлялось им с этой точки зрения на- рушением их прав, расчет от работы горькою обидою, а высылка на домов, где они родились, где жили их отцы и деды, жестокою несярЯ' ведливостыо. Пережиток старых порядков сохранился в 1905 г. и ®о внутреннем устройстве жизни рабочих. Хотя к этому времени ГусеН' ская фабрика и приобщилась к общему порядку в полицейском я су дебном отношении и хотя вследствие этого сфера юрисдикции управЛЯ ющего была в значительной степени сужена в сравнении с ирежйИМ) но тем не менее она существовала, как говорилось раньше, наравне