b000002397

1 4 8 ственнымъ дѣломъ обладать геніальными способностями, чтобы эту безпорядочную массу, съ разыгравшимися страстями, хоть сколько-нибудь удержать въ предѣ­ лахъ разумности и заставить подчиняться тѣмъ или другимъ требованіямъ. Алякринскій, съ дѣтства жив­ шій съ народомъ, ставъ лицомъ къ лицу съ послѣд­ нимъ въ борьбѣ съ холерой, сразу съумѣлъ уста­ новить такія отношенія между собой и народомъ, что только не многіе отказывались подчиниться его рас­ поряженіямъ и предписаніямъ. Къ сожалѣнію, и ме­ дицинскій персоналъ, крайне при томъ малочислен­ ный, не всегда стоялъ тогда на высотѣ своего при­ званія: но разсказамъ современниковъ, нѣкоторые вра­ чи сами боялись холеры, навѣщая больныхъ, не вхо­ дили въ ту комнату, гдѣ лежалъ больной. Алякрин­ скій, узнавши о заболѣвшемъ, немедленно навѣщалъ его на квартирѣ, садился подлѣ него, разспрашивалъ съ сердечнымъ участіемъ, прописывалъ лекарство и, если видѣлъ подозрѣніе въ окружающихъ (тогда, какъ и въ наше время, молва утверждала, что „лекаря мо­ рятъ") и боязнь въ больномъ, дожидался лекарства изъ аптеки, а когда приносили, отвѣдывалъ его самъ, чтобы показать, что въ лекарствѣ нѣтъ отравы. Если изъ страха пикто не хотѣлъ подойти къ больному и дотронуться до холернаго, что не рѣдко бывало съ одинокими больными, то Митрофанъ Ивановичъ сво­ ими руками натиралъ больного и оставлялъ его толь­ ко тогда, когда болѣзнь уступала, или исчезала вся­ кая надежда на выздоровленіе. За это самопожертво­ ваніе народъ и любилъ его. Кстати сказать, что эта