b000002390

Чтоб волчий нрав При этом мог переродиться; Пусть шкура станет их, как самый мягкий шелк, А глубже посмотреть—остался тот же волк,— И с этим всякий должен согласиться. Однако же беда была в другом: Слышь, пастухи решили кончить споры; Мирные пошли переговоры У шабра с шабром. Услышав то, вдруг серые завыли,— Концерт—не разберет квартальный сам! Что волки подлинные были— Узнать легко по голосам. Как только к Франции пойдем Мы с деловым переговором, Так эмигрантский весь содом Про ЭС-ЭС-ЭР завоет хором. И правда, сколько лет плели Про нас бездарнейшие враки, И вдруг „признают“—на мели Лгуны останутся, как раки! МУЖИК И ВОРЫ. Один крестьянин—грамотей, Как видно, книжек начитался, Размечтался На счет мудреных там затей, Хозяйство-б как свое поправить, С хлевами двор по новому поставить И развести породы лучшей скот. Беда лишь вот: Никто на это денег не дает. Просить он пробовал у свата,