b000002387

огненную. Приглашаю всех вас мирно и спокойно итти к брату нашему—хозяину, благодетелю нашему, и просить его принять наш братский поцелуй привета... ПопИван сошел с трибуны и, пробиваясь сквозь гущу стол­ пившихся, направился по пути к слободке. За ним последовали хоругви и знамена... — Что, тяжко, старина?—и Митрофанов, не дождавшись ответа, обнял своего старого друга. — Вчера адвокат, а нынче поп. Не ожидал такого оборота, а сказать хотелось о многом.—Костя Смирнов грустным взглядом скользнул в хвост удалявшейся толпы, что потянулась пряме­ хонько к голубеньким домикам—даче Балина, и добавил: — Вот она наша—текстильная силища! Вот она наша— классовая сознательность! — Стадо! Баранье! — Ничего,ничего, Митрофанов! Будет праздник и на на­ шей улице... Пойдемте-ка, братцы, ко мне! Посидим, погорюем, а может и легче будет... И горсточка единомышленников, свернув свои флаги-лозун­ ги, двинулась к Косте Смирнову, в шестую казарму. К ним прицепились и Нюрка с Васькой... X Проходили месяц за месяцем, а жизнь к лучшему и не ду­ мала изменяться. Становилось все хуже да хуже. Хлебные лабазы опустели, и рабочиев поисках за хлебом слонялись по всей округе. С фронта возвращались измученные, израненные, искале­ ченные и зараженные солдаты и усиливали скорбь рабочих ла­ чужек и каморок. А в пятой казарме, что нидень, то—событие, то—страшная новость... — Марья, сдыхала-ли? — И пе говори-ка, Дарья! іо