b000002335

Пройдусь-ка я последний раз по Поповке. Вот овраг, который когда-то казался мне бездонной пропастью. Теперь, раскачавшись на ветках вяза, я могу перемахнуть с одного края оврага на другой. Вот амбары, возле которых, мы играли в хоронички. И вытоптанная пло­ щадка перед ними, где мы чертили «классы» и прыгали на одной ноге. - Дюдя! - кричу я, и голос у меня срывается. Выходит Дюдя. Это уже не тот узкоплечий, немного косолапящий пацанёнок, с вечно зия­ ющими дырами на штанинах. Передо мной подросток, почти юноша в лёгких спортивных брюках. По-наполеоновски сложив руки на гру­ ди, он стоит у калитки, щурится. - Ты что это дразнишься опять? - говорит он с весёлой хму­ ростью. А то ведь я тоже могу. - Валяй, Дюдя, - говорю я, - меня это уже не волнует. Нет боль­ ше Дутого. - И я показываю на своё вполне мужественное лицо, - Да к тому же я завтра ту-ту... Так что последний денёк можешь меня и подразнить. Разрешаю... - Да, - говорит Дюдя. - И как время быстро летит! Ты на парохо­ де? Ага. Значит, так. Сейчас я бегу на тренировку. Вечером загляну к тебе. Поболтаем напоследок. Ну, бывай, Витёк! - Бывай, Сеня! Семён остаётся в колхозе. Будет заканчивать десятилетку в рай­ онном центре, что в восьми километрах от нашего села. А это значит. Что ежедневно топать, восемь километров туда и восемь - обратно. Я иду дальше. Возле пруда два малыша, заложив руки за спину' и выпятив животы, делятся свежими новостями. ДЕТСТВО, ДЕТСТВО... Ты далеко позади. Я уже техник-строитель. В этом году поступил в политехни­ ческий институт. Повидал я разные края, работал на Ангаре, на ЛЭПе-500, строил Волжскую ГРЭС.