b000002332

Шла женщина, седа и одинока, Сквозь эти завихрения времён. Остановилась И, всмотревшись в «бога», Вдруг побледнела, Пошатнулась: «Он!» В глазах стояла райская идиллия, Но слышался ей голос: - Имена! Я гуманист, и мне претит насилие, Но что поделать - вынужден: война. Мне б не хотелось видеть вас в удавке... - Нас много! - Да, но жизнь, увы, одна... Я повторяю: назовите явки! Припомните пароли, имена! Молчать в гестапо неразумно, право... О жизни молят дух и естество... На свете жить - святое наше право... - Не вы ли утверждаете его?! - А вы мне импонируете - браво! - Иронией отчаянною, но... - На свете жить - «Святое наше право» - В концлагере замучено оно! - Молчать! Довольно! Не об этом речь... Я вам хотел помочь, предостеречь... Но вы в слепом каком-то исступленьи Суёте сами голову под меч! - И заключил он с видом злобно-мрачным: О, здесь такие мастера у нас, Что Дантов ад покажется пустячным В сравненьи с тем, что ожидает вас!