b000002331

В 1980 году Агния Барто, высту пая на пятом съезде россий­ ских писателей и говоря о литературной смене, призналась, что не может с уверенностью назвать кого-то из молодых поэтов, кроме Алексея Шлыгина. И, помолчав, добавила: «Да, пожалуй, только Алексей Шлыгин». На творчество владимирского поэта не раз обращала внима­ ние столичная критика в журналах «Юность». «Литературное обо­ зрение», «Дошкольное воспитание», в газетах «Комсомольская правда», «Литерату рная газета», «Литературная Россия»... Вот что писал Павел Ульяшов в «Литературной России» (28 ноября 1980 г.): «...Не будем до рези в глазах вглядываться в горизонт, высматривая «Алый парус» ярких имён. Яркость яркости рознь. Иной предмет бывает и не приметен до поры до времени, но стоит солнечному лучу коснуться его поверхности, как он засияет и неожиданно явит нам свою истинную красоту7и ценность, скрытую тайную поэзию. Так порой в человеке мы обнаруживаем доселе нам неизвестное, невыявленное, несказанное. Но пусть об этом скажет сама поэзия: Как много в женщине лесного! - В ней тайна тайну сторожит. Она улыбкой, жестом, словом Заворожит, заворожит. Она обступит вас манящей, Непроходимой красотой И вдруг расступится, как чаща, Перед дорогою сквозной. Как много в женщине лесного! - Ей свет копить, ей жизнь дарить. Как много в женщине такого, О чём не смею говорить... Это стихотворение Алексея Шлыгина, живущего сейчас во Владимире. Я привёл здесь строки, так сказать, чистой лирики, но вообще-то А. Шлыгин и поэт активного гражданского звучания. Земля, испытанная войной, хлеб - основополагающие понятия его поэзии. И он умеет их облечь в чеканную высокохудожественну ю форму: «Вот Сорок Первый - новобранец, вот Сорок Пятый - ве­ теран». Конечно, о войне А. Шлыгин знает, главным образом, по кинохронике (поэт 40-го года рождения), но и ему пришлось в дет