b000002331

Как же нужны сегодня именно добрые книжки для детей, но, увы, и на само добро, и на детскую литературу нынче де­ фицит. Впрочем, та же картина и в нынешней «взрослой» ли­ тературе, где героями становятся вурдалаки, «крутые ребята», секс-бомбы, на страницах идёт пальба, продажа, в том числе и людей. Смутное время рождает смуту и в умах, но чтобы сбе­ речь в себе человека и человеколюбие, нужны иные примеры, доброе энергетическое поле. Такой заряд добра даёт новая кни­ га А. Шлыгина «Суть». Вы не годами жизнь мою измерьте, А строчками, написанными мной. ... По главной сути. Жизнь моя в пределах Меж первой и последнею строкой. Для человека, прикованного болезнью к инвалидной коляске, поэзия стала не просто призванием - самой жизнью, её сутью. Он живёт открыто и ясно, его душе близки «деревенский отчий дом» и «города, в каких не бывал никогда», «радость прошлого» и «свет бескорыстной доброты», «туранги упрямая стать» и «ромашек тё­ плые ручьи». Его лирика гражданственна, он сын войны, и в мину­ ту молчания ему «слышно, как стучат сердца солдат, погибших на войне». Он видит, как «встают задымленные даты: вот сорок пер­ вый - новобранец, вот сорок пятый - ветеран», как «идут бойцы в клубах дорожной пыли». Память о войне не даёт покоя, отзываясь порой неожиданными поэтическими образами, как в стихотворе­ нии «Победа»: Победа - счастье не всегда: А ну-ка, взвесьте горе вдовье... Недаром слышится «беда» В высоком, светлом этом слове. Доверие поэта к своему читателю так велико, что он делится не только радостью, но и болью, с которой живёт много лет, каж­ дый раз превозмогая её в себе, чтобы сесть за письменный стол: Мне мир - больничная палата, Где так тревожна светотень, И утром в докторском халате Ко мне подходит Новый день.