b000002331

так, как находят возможным, хотя это не всегда отвечает интересам опекунов. Не пришлись по вкусу руководителям дома инвалидов и жалобы молодёжи на разлагающую скуку, гнетущее безделье. Среди жалобщиков, а может быть, и одним из первых жалоб­ щиков был Алёша. Будучи председателем культурно-бытовой ко­ миссии дома инвалидов, он сознавал всю тщетность своих усилий пробудить в товарищах интерес к жизни. Лекции, политинфор­ мации, литературно-художественные викторины, выпуск стенной газеты, на две трети заполненной Алёшкиными рисунками и сти­ хами, самодеятельные концерты - разве всем этим можно было подменить главное? Разве орлу не всё равно, светит ли в небе солн­ це или нет, если у него связаны крылья? Новый директор дома инвалидов Н.Т. Бондаренко, сменивший прежнего А.С. Чернышева, решил меньше заниматься психоана­ лизом, а «привести подопечных в чувство» жёсткими мерами. По его распоряжению были заколочены ворота, дабы опекаемые само­ вольно не могли выходить за территорию двора. «Никаких отпу­ сков и никаких самовольных отлучек», - строго-настрого наказал директор. Напрасно инвалид Геннадий Поспелов несколько раз подавал заявление с просьбой отпустить его на время к родствен­ нице. Всё кончилось тем, что, сбитый с толку и запуганный дирек­ тором, он попросил отчислить его из дома инвалидов. Так же были вынуждены покинуть дом инвалидов Николай Гавва и Лидия Пав­ ленко, потому что первого переводили в другой дом инвалидов, а молодые люди не хотели разлучаться. Известно, что ни тот, ни дру­ гая не получают пенсии как нетрудоспособные с детства. Где они, какова их дальнейшая судьба, директора мало волнует. Зато всё это не могло не волновать Алёшу и его товарищей по несчастью. Протест вылился, может быть, не совсем в общепринятые фор­ мы, но проявления его не заставили себя долго ждать. Алёша от­ казался быть председателем культурно-бытовой комиссии, кто-то сломал заколоченные ворота, коллективные письма-жалобы были направлены в журнал «Соцобеспечение», в министерство. Дом, где всё должно способствовать душевному спокойствию опекаемых, превратился в арену интриг, скрытой и явной борьбы, взаимного неуважения. Чувствуя в лице Алёши сильного против­ ника, Бондаренко решил действовать наверняка. Сначала - выговор. За что? За то, что Алёша отказался быть председателем культурно- бытовой комиссии и встречался по вечерам с девушкой. Об этом так и сказано в приказе № 43 за подписью Бондаренко. А вот и