b000002331

та же детства вполне достаточно. И хотя моё детство приходится на трудные голодные - военные и послевоенные - годы, всё же было у меня немало светлых минут, отсвет которых до сих пор хранит моя память. И если эта память не тускнет с годами, то в значительной степени причиной тому хорошие добрые книги, про­ читанные в детстве. Помню, какое впечатление произвели на меня «Дети подземе­ лья» Короленко. Это было потрясенье - как от реального большого несчастья. У меня сердце разрывалось, когда я вновь и вновь пред­ ставлял себе, как угасала в холодном подземелье эта маленькая девочка. Вообще, мне была свойственна какая-то, я бы сказал, болез­ ненная жалостливость ко всему живому. И чем беззащитнее было это живое, тем острее жалость к нему. Жила у нас, помнится, коза Зинка. Была она довольно почтенного возраста, и я уважительно называл её Зинаидой. И вдруг её зарезали. Для меня это было на­ стоящей трагедией. Будто убили кого-то из близких людей... Параллельно писались и «взрослые» стихи, которые печата­ лись в районных и областных газетах. Появились публикации в журналах и коллективных сборниках, стали выходить отдельные книжки. Я не в обиде на критику - она не обошла меня своим благо­ желательным вниманием как в местных и областных, так и в цен­ тральных газетах и журналах. О «взрослых» стихах сказали своё доброе слово поэты Егор Исаев, Сергей Викулов, Роберт Рождественский. В 1979 году с четырьмя книгами стихов я был принят в Союз писателей. И если раньше писать приходилось урывками, совме­ щая это занятие с работой и заочной учёбой, то теперь можно было полностью отдаться литературе. На сегодняшний день в моём активе 24 книги стихов и прозы. Жизнь продолжается, продолжается и работа. Хотя работать- то нашему брату сейчас приходится в основном «в стол». Пока дышу - пишу. Пишу, надеясь, что те шесть рукописей, которые я подготовил к изданию, когда-нибудь увидят свет. Известно, что цель литератуфы, как и других видов искус­ ства, - объединение людей. Если писатель, художник или компози­ тор горячо, страстно проповедуют жизнеутверждающую идею, то тысячи, миллионы читателей, слушателей, зрителей проникаются этой идеей и, даже не зная друг друга, становятся союзниками.