b000002331

АЛЬБЕРТ КАРЫШЕВ, член Союза писателей России Некоторым любителям стихов давно известно, что Алексей Шлыгин - замечательный поэт, другим предстоит об этом узнать. Тот дотошный исследователь, кто возьмётся однажды писать лите­ ратурную историю Владимирщины, несомненно, поставит в ней Алексея Ивановича на одно из первых мест. Впрочем, уже теперь Шлыгин пополнил галерею знаменитых владимирцев: учреждена областная премия его имени, а дом, где поэт долгое время прожи­ вал, отмечен памятной доской. Но Алексей Шлыгин - личность более значимая. Он Художник выдающийся, способный не затеряться меж лучших современных российских поэтов традиционного патриотического направления. Почему-то принято говорить о нём, главным образом, как о масте­ ре детского стиха (Агния Барто в своё время это подчеркнула), но он был профессионалом широкого диапазона, и достоинство его «взрослых» стихов ничуть не ниже, чем «детских». «Взрослые» поэтические строки Алексея Шлыгина тревожат ум, западают в сердце, а нравственная и духовная напряжённость его поэзии дей­ ствует так, что порой читателю перехватывает горло: У рваной той черты, У края, Где сам с собою не в ладу, Я шёл, душою обмирая И удивляясь, что иду, - Как удержался, сам не знаю: Сужалась эта полоса, Где обрывалась твердь земная И начинались небеса... Тут невольно вспоминаешь Сергея Есенина. Приведённое стихот­ ворение написано вовсе не по-есенински, а по-шлыгински, но в нём та же грусть по «сонму уходящих», что нередко встречается в стихах великого поэта, и Шлыгин, как Есенин, в «сонме уходя