b000002330

Устойчивости он добавлял немного, а сколько мороки с ним! К тому же в летнее время, когда потело тело, от него начинало нести лошадью. «Противно... Надоело...» Она устало взглянула на костыли, присло­ нённые к спинке стула. Ради чего вздевать себя на эти подпорки, которые порой до крови натирают подмышки? «Не могу больше... Не хочу...» Жизнь было улыбнулась ей - так, мимоходом, вскользь, нечаянно - и снова повернулась спиной. «Бедный Андрей... Что осталось от него? Чемоданчик с солдатской одеждой да стопка учебников. Бабушка-а, если бы ты тогда удержала нас, Андрей был бы жив...» В изнеможении она запрокинула голову, закрыла глаза. И вдруг по­ чувствовала, как что-то колыхнулось под сердцем. А может, и не под сердцем, а совсем с другого бока, но всё равно сердце отозвалось на это ощущение. Зоя вздрогнула, подняла голову и расширенными глазами обвела комнату. Никого не было, наверное, все ушли на ужин. Осто­ рожно положив руку на живот, она замерла, смертельно боясь и мучи­ тельно желая, чтобы это повторилось. 1995 г. Сборник «Владимир», издательство «Золотые ворота» * * * Несчастный грек... Он был с «приветом». Маньячил, сам себе божок... Не то шестое чудо света, Не то седьмое - Взял и сжёг. О, честолюбец «закидонекий»! Безумец! Что наделал он! . Но чем же лучше Македонский И Цезарь, и Наполеон? За их спиною пепелища, Руины целых городов. За из спиною толпы нищих, Печаль сирот и слёзы вдов...