b000002328

Сатисфакции не состоялось. Но легче Серафимову от этого не стало. Он чувствовал себя как бы должником. Со стыдом вспоминал он о банкете по случаю юбилея одного из местных деятелей культуры. Когда развязались языки, Серафимов тоже внёс свою лепту. Его рассказ о носовых платочках имел успех. В отличном настроении он возвращался домой. Бодро шагая по ноч­ ному городу, он отфутболил камень, потом что-то белое. Плавно и мягко опустившись на тротуар, это белое оказалось куском материи с цветной каёмкой. Серафимов остановился и глуповато уставился себе под ноги. «Дьявольщина! - криво усмехнулся он. - Вот и я стал находить носовые платочки. Что ж, откроем счёт...» С тех пор, идя по улице, он стал ловить себя на мысли, что, по­ жалуй, слишком внимательно и вместе с тем насторожённо погля­ дывает на тротуар. А однажды приснился ему сон, будто бежит он за последним ночным трамваем. Он уже догнал его, остаётся только схватиться за поручень и прыгнуть на подножку. Но крупные хлопья снега, летящего навстречу, слепят глаза. Серафимов оскальзывается и падает. Вскакивает, снова бежит. А хлопья становятся всё круп­ нее, превращаясь в носовые платочки... Они прилипают к гру­ ди, шее, лицу. Серафимов смахивает их с отвращением, ощущая осклизлость... Из последних сил бежит он вслепую, протягивая вперёд руки... - Егор, Егор, что с тобой?! - слышит он и просыпается. Жена, боязливо отстраняясь от него, удерживает край одеяла. - Ты так махал руками и сучил ногами, как будто на тебя напал рой пчёл... - Хуже... - буркнул Серафимов, проводя ладонью по осклизло­ му лбу. Его передёрнуло: «Надо же, какая гадость...» - он встал и пошёл в ванную умываться... Прошло несколько месяцев. И теперь, перебирая письма Кар­ манова, он понял, что не уйти ему от них, не отмахнуться. Открыт­ ку с приклеенной фотографией он выбросил, но не мог выбросить