b000002328

Костистое лицо его становилось желтовато-серым, а на месте румянца, памяти давнишнего обморожения, проступали сизоватые пятна, похожие на синяки. Подходила медсестра со шприцем и торопливо начинала мас­ сировать Андрею руку в локтевом сгибе. Потом долго ковырялась иглой в поисках ускользающей вены... Через месяц его выписали как безнадёжного. Он уже совсем не вставал с постели, не мог даже сидеть. Открылись свищи про­ лежней, запах разложения наполнил комнату, где кроме него жили ещё трое. Приступы становились всё чаще и всё продолжительнее. Од­ нажды, придя в сознание, он остановил на Зое долгий, пристальный взгляд. Сведя брови на переносье, он словно пытался что-то вспом­ нить. Губы слабо шевельнулись: - Там, на реке... это было?.. Или приснилось?.. Зоя почувствовала, как спазм сжимает ей горло. - Было, было!.. - поспешно прошептала она. - Конечно, было!.. Черты лица его разгладились, прояснились. Зоя, едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, припала щекой к его руке, безвольно лежащей на простыне. Когда незаметно, вытерев слёзы, она распрямилась, он всё так же смотрел на неё. Но что-то изменилось в этом взгляде. Свет, мерцавший в глубоких провалах глазниц, застыл мутноватыми точками. - Андрей!!! Раздеться, лечь и больше не вставать... Зоя сидела на кровати, свесив тонкие, вялые, как варёные ма­ кароны, ноги. У стены, возле тумбочки валялся корсет, прикрытый куском полосатой материи. Она не надевала его уже месяца три. Устойчивости он добавлял немного, а сколько мороки с ним! К тому же в летнее время, когда потело тело, от него начинало нести лоша­ дью. «Противно... Надоело...»