b000002328

- Ну, что ты, ба! У Андрея хорошая пенсия... Мы же совсем не о том! Бабка Лизавета всплеснула руками: - Так о чём же? - Учиться надо нам, - твёрдо сказал Андрей. - И мне, и Зое. Бабка недоумённо уставилась на внучку: - Зоюшка, разе ты не училась? Разе не тебя в школу я на са­ ночках возила? Да я вон с тремя классами всю жизнь прожила - и ничего. А у тебя цельных восемь! Али мало? - Мало, бабушка, мало... - Никак профессоршей хочешь стать? - А что, может, и профессоршей! - засмеялась Зоя. - Кстати, я уже добиваю десятилетку. А Андрей в институт собирается. - Посудите сами, Елизавета Петровна, - продолжал Ан­ дрей. - Возьмём здорового человека. Кто я по сравнению с ним! Он может и то, и другое, и третье. А я ничего. Значит, я вроде бы человек второго сорта. Или даже третьего. А я этого не хочу. По­ нимаете, не хочу! Я считаю, если у человека исковеркано тело, он должен взять головой. А значит, учиться надо. Вот мы с Зоей и решили... Бабка Лизавета вспомнила деревенского калеку Ефимку, кото­ рый всю жизнь корзины плёл. И никаких тебе философий. Жил себе и жил, пока не помер... В душе у неё словно заноза сидела. «Как же так, для чего я жила? Для кого?.. Учение-то оказалось дороже родной бабки...» И вспомнился ей сон. И подумалось: «Вот она, лиловая-то волна... Смыла она Зою и теперь уносит её от меня... Что ж, может, это и есть судьба...» Бабка Лизавета вздохнула и стала убирать посуду. Не успели они отъехать от деревни, как полил дождь. Смо­ тровое стекло зарябило от частых капель, сливающихся в струи. За серой массой ливня скрылся лесок, плывший по правую сто- 4.