b000002327

ную бомбу, мы кинем десять! А если она кинет десять, мы кинем сто! Такая арифметика нас вполне устраивала. Сам Сталин, наверное, распорядился бы в слу­ чае чего действовать именно так. Что-то словно бы толкнуло нас, и мы, как по команде, разом оглянулись. Географ шёл следом за нами и, горбясь, нёс тяжёлый портфель. Мы подождали учителя. - Алексей Дмитриевич, давайте мы понесём портфель. Он удивлённо вскинул брови: «Вот как? Ну, если вы настаиваете...» Наконец учитель остановился: - Ну, вот мы идома. Спасибо, молодые люди, - он посмотрел на нас долгим проницательным взглядом. - Нелёгкое, непростое время пережи­ ваем. Как дальше жить мыслите? Я вздрогнул и, вспомнив ответ матери, ког­ да умирал отец, выпалил: «По-ленински, по- сталински!..» Нио каком культеличности, ни о каких репрес­ сиях, связанных с этим культом, мы не знали. Потом, в юности, да и позже, читая статьи о Сталине, я часто ловил себя на том, что не могу заставить себя перечеркнуть тот образ, который