b000002320

мол, к своей мамаше, не мешай охранять границу. Но медвежонок упорно следовал за ним. «Наверное, голодный», — подумал Егоров. Он сунул руку в кар­ ман и нащупал конфету. — На, подкрепись, — сказал пограничник. И прошу тебя по- дружески, не ходи за мной... Пока мишка разделывался с конфетой, Еговор ушел далеко. Несколько раз он оглядывался, но медвежонка не было видно. Вскоре Егорова сменили — на пост заступил другой солдат. Его­ ров отправился на погранзаставу. Он уже забыл о медвежонке, но вдруг снова услышал за спиной знакомое сопение. Егоров остановился. Мишка подошел совсем близко и смотрел на пограничника сни­ зу вверх круглыми, как пуговки, глазами. — Вот те раз!—сказал Егоров.—Ты что, сирота, что ли? Медвежонок подошел еще ближе и, обнюхав сапоги Егорова, попробовал ухватить голенище зубами. — Ну, ладно, топай за мной, — сказал Егоров... Ефрейтор Огурцов был не в духе. Эту ночь он плохо спал, по­ тому что у него стреляло в ухе. Увидев Егорова с медвежонком, он нахмурил брови. — Это еще что такое! — строго спросил он. — Вы что, Егоров, не знаете, что посторонних лиц на заставе быть не должно?!. — Какое же это постороннее лицо?—попытался возразить Его­ ров. — Это же Мишка!.. — Разговорчики!—нахмурился еще больше ефрейтор. — Устав нарушаете, рядовой Егоров. И пришлось Егорову отнести медвежонка подальше в лес. Но на следующий день Мишка вернулся на заставу. Ефрейтор Огурцов хоть и строгий был, но отходчивый. Тем бо­ лее, что в ухе у него больше не стреляло. -г- Так и быть, — сказал он, — в порядке исключения пусть ос­ тается. Рядовой Егоров соорудил для медвежонка что-то вроде собачьей будки, и стал Мишка жить на заставе. Он быстро освоился, перезнакомился со всеми пограничниками и даже стал понимать человеческий язык. Бывало, повар намажет мед на кусок хлеба и скажет Мишке: — На, сластена, пожуй. Замори червячка... А потом спросит: — Ну, как, вкусно? Улыбнется Мишка и покажет большой палец: «Во!» Научился Мишка даже честь отдавать. Встретит ефрейтора