b000002319

В дверном проеме стоял сосед, держа в руке ломик, а сзади ма ­ ячил здоровенный детина с красной повязкой на рукаве. Кадушкин тоскливо оглянулся на свой письменный стол и во­ брал голову в плечи. Перспектива стать классиком улыбалась ему какой-то вымученной улыбкой... Вызов фотографа Я позвонил в фотоателье, чтобы вызвать на дом фотографа, — У вас что — свадьба или похороны? — спросили в трубке. — Э... — начал я, чувствуя, как по спине побежали мурашки. — Таких событий в нашей скромной жизни еще не произошло... — Так что же вы голову морочите! — Но позвольте... Мы с женой решили сфотографироваться в домашней обстановке. — «Решили!» Решаем мы, а не вы. — Что вы этим хотите сказать? — А то, что вызов снимаем. Не стоит овчинка выделки. Вас то­ лько двое. Усекли? — Усек... Но, может быть, все же... — Ничего не может быть. А если хотите, чтобы что-то было, уз­ найте, может, кто-то женился у вас там поблизости. Или помер... Тогда заодно и вас сфотографируем. Соображать надо! Послышались гудки отбоя. Двух часов мне хватило, чтобы обежать квартиры нашего дома и двух соседних девятиэтажек. Ни новобрачных, ни покойников не обнаружилось. Тут жена подала идею пригласить кого-нибудь сфотографиро­ ваться с нами за компанию. С грехом пополам удалось собрать трех старушек, судачивших на скамейке, четырех пенсионеров-доми- ношников и одного гражданина с нарушением вестибулярного ап­ парата. Старушек жена привлекла тем, что обещала свежие новости, доминошников я убедил, что за нашим полированным столом « за ­ бивать козла» гораздо удобнее, а гражданина с нарушенным вести­ булярным аппаратом соблазнил дополнительной емкостью... Я снова позвонил в фотоателье. — Десять человек? — спросили в трубке. — Ладно, худо-бедно сойдет... Значит, девять на двенадцать — по шесть штук на брата, общих — двадцать четыре на тридцать — по две... Портретов ско­ лько?.. Заказывать портреты на сплетничавших старушек, скандальных доминошников и гражданина с носом деда Мороза большого жела-