b000002317

Был бы жив мои сын, он бы защитил своего старого отца. Эх, сы­ нок, сынок... Уж лучше бы мне сгореть тогда заживо... — А что случилось, дедушка? — участливо спросил Джимми. — Об этом ты и сам, наверное, слышал. Хотя нет, тогда ты был слишком мал... Так вот, как-то раз полиция устроила облаву. Ис­ кали зачинщиков беспорядков. А беспорядками она называет все, что не по вкусу властям. Хватали всех, кто под руку подвернется. Зверски избивали. Несколько человек забаррикадировались в од ­ ном доме и отбивались, как могли. Среди них был и мой сын. Три дня держались. А на четвертый полиция сбросила с вертолета на этот дом зажигательную бомбу. Сгорели все. Были там и дети... Старик низко опустил голову, прикрыв ладонью глаза. — Джимми, — сказал Рэкс, — я зкал сильных и очень злых со ­ бак, которые могли ни за что обидеть слабых. Но чтобы сжечь за­ живо... Нет, такого у нас не бывает. У нас, собак, это не принято... — И у нас, — неожиданно отозвалась кошка, лежавшая на ко­ ленях у старика. — Мы можем сильно поцарапаться, но никогда не сбрасываем друг на друга бомбы. Дикость какая-то! И мы боим­ ся огня... — А как тебя зовут? — спросил щенок. — Меня, например, Рэксом. — А меня Шарлоттой, — ответила кошка и засмущалась. — Очень приятно, — вежливо поклонился Рэкс. — А это мой лучший друг Джимми... Старик сидел в той же позе и, казалось, ничего не слышал. Джимми достал из кармана яблоко. «А может, оно и не вол­ шебное вовсе?» — подумал он. — Вот сейчас и проверим... Хоть старик чужой, да не чужой. Жалко человека». Мальчик подбросил яблоко три раза. сказал он и откусил от яблока. И с изумлением увидел, что оно снова стало круглым. Будто от него и не откусывали. Только умень­ шилось. И сразу же из подъезда выскочил толстый низенький господин в дорогом костюме. — Извините, — обратился он к старику, угодливо улыбаясь. — Произошло досадное недоразумение. Вы можете снова занять свою комнату. Не веря своим ушам, старик тяжело поднялся с табурета и, подхватив узел с пожитками, поспешил за хозяином. А друзья пошли своим путем. «Беверики Кеберики, Дуке!» —