b000002315

не очень уважительная причина, чтобы пропускать урок. И решил меня выручить. На душе у меня отлегло. Так никто и не узнал, что произошло на базаре, но бегать туда и искать монетки я перестал. Боялся: а вдруг встречусь с той торговкой и она узнает меня... О клятве своей я помнил и регулярно делился с братьями чем-нибудь из утренних припасов. Брал обыч­ но старший, быстро прятал в карман, и сразу ж е оба куда-нибудь уходили. Но постепенно мой благотвори­ тельный порыв угасал. Братья уж е не стыдились моих подношений и даже стали проявлять инициативу. — А как там насчет шамовки? — спрашивал стар­ ший, как бы между прочим. И я начинал суетливо рыть­ ся в карманах. С пятого класса я стал учиться в другом здании шко­ лы — в противоположном конце села. А братья остались на второй год в третьем. Мы перестали видеться. Как-то я встретил их возле перевоза — так называл­ ся у нас спуск к реке, выводящий прямо к парому. Братья почти не подросли, но заметно окрепли. На них были одинаковые ватные стеганки, на ногах подшитые, но вполне добротные валенки. Из-под надвинутых на брови матерчатых, тоже ватных шапок смотрели на меня выжидательные, недоверчивые глаза. — Привет! — сказал я обрадованно. — От старых щиблет, — усмехнулся старший. — Че скажешь? — А ничего... — Ну тогда валяй дальше. — Валяй, валяй, че вылупился! — подхватил младший. Я задохнулся от обиды. Все, значит, забыли! Или де­ лают вид, что забыли... — Эх, вы! —« сказал я. Братья переглянулись и хмыкнули. — Сказано тебе, валяй. Чего стоишь?