b000002315

ситъ мяч. Не мог вертикально поднять руки... Да и ноги были не такие проворные, как у сверстников. Местные врачи утешали: «Трудное детство... С возрас­ том все пройдет...» Трудное детство... А у кого оно было легким?! Мария Федоровна и заменяющий ее одно время Иван Степанович Фадеев всячески поощряли мои увлечения рисованием и литературой. Помню, как мы, ученики чет­ вертого класса, «писали» устные сочинения на тему «Мое любимое время года». Просто каждый вставал и говорил, почему ему нравится зима или лето. Лучшие предложения записывались на доске. Это были первые уроки образности. Учась в третьем классе, я написал свое первое сти­ хотворение. Это было «произведение* сатирического ха­ рактера — об одной девчонке, которая любила погулять, но забывала про уроки. Стихотворение было помещено в стенгазете. На перемене я получил от разобиженной одноклассницы увесистую затрещину... Это был мой первый литературный гонорар. БРАТЬЯ Село наше, продуваемое ветрами и обжигаемое моро­ зами, жило своей непростой жизнью. Поредевшее насе­ ление его — почти сплошь женщины, бабы с огрубев­ шими, изможденными лицами. Но было в них что-то и от богородиц: в скорбном на­ клоне головы, во взгляде, в котором, казалось, отражена вся печаль мира. Вижу я это глазами пятилетнего ре­ бенка, а осознаю разумом человека, разменявшего пятый десяток... Я знал двух братьев-сирот. Была у них бабка, очень старая и больная женщина, которая почти не выходила из дома. Раза два я видел, как она пересекала двор, со