b000002315

Письмо с родины. Письмо от первой учительницы. Как давно это было! Как недавно... 1947 год. Первый класс. Мария Федоровна Таланова, высокая, энергичная, ходит между рядами, рассаживает нас, сельских ребят. — Ты, Паша, иди-ка сюда, на первую парту... А ты, Вова, повыше — сядь сзади... А вы чего не поделили? Ах, ты не хочешь сидеть с девчонкой! Запомнилось мне, что на учительнице была слегка пе­ решитая гимнастерка. Запомнились обмороки на уро­ ках — год этот, как и сорок шестой, был довольно труд­ ный, полуголодный. Запомнился мне сбивчивый рассказ старшего брата, который учился вместе с сыном Марии Федоровны Игорем. Шел урок. Сосед Игоря ковырял перочинным ножом какую-то штуковину. Вдруг грохнул взрыв. Класс на­ полнился едким дымом. Кто-то стонал, кто-то лежал в проходе между парт. Стены были забрызганы кровью. Игорю выбило глаз, а его соседу оторвало кисть руки, которая вместе с рукавом рубахи висела на потолке... Уроки физкультуры у нас иногда проводились в пар­ ке, в котором когда-то бывал Сергей Есенин, наведыва- нсь к своим приятелям Сергею Ивановичу Брежневу и Николаю Васильевичу Орлову. Их дома стояли в конце парка, на крутом берегу Оки. Эти добротные деревянные строения с террасами сохранились и доныне. В одном из них — сельская амбулатория, другой используется для жилья. Но тогда, бегая, прытая, пграя в лапту, мы и не по­ дозревали, какое это историческое место! Подача. Подхватываю мяч. оглядываюсь. Мимо меня проносится Шурка Родин. Размахиваюсь... Мимо... — Эх, Леня, Леня... Кидаешь-то ты по-девичьи... — слышу голос Марии Федоровны. Да, уже тогда с руками было неладно. Не мог так же ловко, с вывертом, как это делают все ребята, бро-