b000002315

она, придерживая меня за ноги, и подкидывает раз-дру­ гой, чтобы удобнее было нести. Мы с Лизой идем в детский сад. Ей шесть лет, мне — четыре с хвостиком. Сколько себя помню, я всегда был на полторы голо­ вы ниже сестры. И продолжалось это до семнадцати лет, когда я вдруг резким рывком догнал, а потом и обо­ гнал ее в росте. И это ее страшно удивило, она смотре­ ла на меня, длинного, неловкого парня, как на какое-то чудо... Но пока этого не произошло, мне пришлось испытать все преимущества п неудобства своего тогдашнего поло­ жения. Сестра осуществляла по отношению ко мне почти материнскую опеку со всеми вытекающими отсюда по­ следствиями... Нередко мне доставалось на орехи за непослушание, причем Лиза все это делала обстоятельно, со знанием дела, приговаривая: «Ну что ты будешь делать с таким неслухом! Нет, сведешь ты меня в могилу...» Но если кто-то из «чужих» пытался меня воспиты­ вать, тут уж она решительно вставала на мою сторону. И воспитатель в панике спасался бегством. Не знаю, как умудрялась сестра в такое голодное время расти крепкой и ловкой. Однажды мать потеряла ключ, п мы никак не могли проникнуть в дом. Она так п эдак вертела и дергала за­ мок, совала в него какие-то проволочки, но он не под­ давался. И тут я увидел, как Лиза карабкается по углу дома — все выше и выше. — Куда ты?! — крикнула мать. — Я сейчас... Держась за выступающие торцы бревен, Лиза вско­ ре достигла карниза. Повисла на руках и, качнувшись, забросила ногу на навес над крыльцом. Мать стояла внизу, раскинув руки, готовая в любой момент поймать дочь. — Сорвешься! Слезай сейчас же!